Рэй Чарлз в Спасо Хаузе

Недавно в моей жизни, да и в истории «Арсенала», произошло важное событие. С нами играл Рэй Чарлз, причем не где-нибудь, а в Спасо Хаузе, в Доме посла Соединенных Штатов Америки. Эта встреча произошла по инициативе посольства и лично самого Джеймса Ф. Коллинза. Ко мне обратились еще в сентябре с идеей помочь устроить музыкальную часть приема в Спасо Хаузе в честь Отца музыки «Soul», после его второго концерта в Кремлевском дворце съездов. В середине октября, перед самым нашим отъездом на Украину, в Москве прошел слух, что гастроли Рэя Чарлза под вопросом из-за его плохого самочувствия. Но, когда в самом конце октября мы вернулись домой, оказалось, что все остается в силе, что концерты 1-го и 2-го состоятся, что прием в Спасо будет. Мы созвонились с московской кампанией «Живой звук» и уточнили, какой набор аппаратуры нам понадобится для того, чтобы подключить необходимые инструменты – клавишные, гитару, бас-гитару и т.д. Посольство прислало всем участникам предполагаемого джем-сэшена билеты на концерт 2-го ноября и официальные пропуска-приглашения для входа в Спасо Хауз.

Сам концерт в Кремлевском Дворце Съездов, то есть организацию его первой части, где почему-то выступали российские «звезды» во главе с Гариком Сукачевым, я не буду здесь комментировать. Это скорее подходит для отдельного рассказа в разделе «Юмор и сатира», которого в данном издании нет. В конце концерта вышел сам неувядаемый Маэстро и, как всегда, блестяще продемонстрировал ту музыку, которую он и создал. Его энергия, артистизм и искренность были такого накала, что не хотелось замечать огромный круглый щит с надписью «70», висевший над ним на заднике сцены — концерты были юбилейными. Прозвучала последняя песня, народ встал, чтобы приветствовать Рэя Чарлза, а мы скорее бросились в раздевалку, чтобы успеть добраться до клуба «Форте», забрать оттуда свои инструменты и прибыть в Спасо на прием. В нашу задачу входило начать играть, чтобы выманить хотя бы кого-нибудь из музыкантов оркестра Чарлза на совместное музицирование. На то, что сам Маэстро примет в этом участие, никто и не надеялся.

Получилось совсем наоборот. Когда мы приехали в Спасо, зал приемов был уже полон, сам Рэй Чарлз сидел на диванчике в окружении иностранных дипломатов и различных гостей, но под бдительным оком телохранителя. Посол, господин Джеймс Ф. Коллинз представил меня главному менеджеру Рэя, громадному лысому, суровому на вид негру, а тот повел меня ближе к диванчику, где сидел Чарлз и передал в руки охранника. Только тогда мне удалось сесть рядом с Рэем. Чтобы развеселить явно усталого Маэстро, я сказал ему, что я и мои друзья, которые скоро сыграют для него, — мы российские «Funky People», что цвет нашей кожи – это ошибка природы, на самом деле – внутри мы черные, что нам здесь всегда было из-за этого нелегко. Да и вообще, у советских джазменов была приблизительно такая же судьба, как у негров в Соединенных штатах. Он несказанно обрадовался и, откинувшись назад, рассмеялся как ребенок. (с-21)

Вскоре г-н Посол пригласил публику в другой зал, где в торце стояла аппаратура, образуя подобие сцены.  Рэя Чарлза усадили прямо перед нами, а остальная публика встала вокруг него. «Арсенал» и присоединившийся к нам гитарист Игорь Бойко начали играть «Blueyed Blues». Рэй Чарлз, слушая нас, реагировал на каждый пассаж, искренне радуясь. Такого слушателя у нас никогда не было. После второй пьесы «Silver Blues» ко мне подошел менеджер и сказал, что можно попросить Рэя сесть за клавишные. Я подошел к Рэю  и пригласил его. Менеджер тут же взял Рэя за руку и подвел его к нашему синтезатору. (с-22)

Дима Илугдин уступил свое место Маэстро, а за рояль сел Игорь Бриль. Чарлз начал играть и мы сразу поняли, что это фа-минорный блюз. Уже на пятом такте его «поймали» басист Женя Шариков и Игорь Бойко, и начался «джем», который длился минут пятнадцать, пока все не поиграли. (с-23) Затем мы сыграли импровизированную коду. Гости, столпившиеся вокруг нас, с энтузиазмом аплодировали всему произошедшему. Увидеть и услышать в двух шагах от себя живого классика, отца целого направления удается не часто. Так что, всем нам крупно повезло. После этого Рэя Чарлза сразу же увезли в отель. Назавтра ему предстояло выступать в Питере, а потом, на следующий день -  в Чикаго. Не каждый молодой гастролер выдержит такой жесткий график. Да, были люди в наше время! Я предложил нашему клавишнику Диме Илугдину больше к своему синтезатору не прикасаться, заклеить клавиатуру прозрачной пленкой и продать его за большие деньги с аукциона.