Джаз-рок в СССР и СНГ

                          ДЖАЗ-РОК в СССР и СНГ

В начале 70-х в Советском Союзе с небольшим опозданием от Запада сформировалось движение хиппи. По сравнению с узкой группой послевоенных проамерикански настроенных молодых людей, считавших себя “штатниками” (от слова “Штаты”), презрительно называемых в прессе “стилягами”, хиппи стали массовым явлением. Они наводили ужас как на представителей власти, так и на добропорядочных советских людей, которые по старой памяти еще продолжали называть их “стилягами”. У советских хиппи, как и у зарубежных, была своя субкультура, основной частью которой являлась рок-музыка. В условиях холодной войны рок мог существовать у нас лишь на положении андеграунда. В СССР моментально образовалось несметное количество самодеятельных подпольных рок-групп, подвизавшихся в различных Домах культуры, в школьной и институтской самодеятельности. В противовес им в сфере профессиональной филармонической практики насаждались ВИА — вокально-инструментальные ансамбли, суррогат рок-групп с проверенной во всех отношениях программой. Это делалось с целью отвлечения молодежи от подпольной рок-музыки, а заодно — с благими намерениями пропаганды комсомольских идеалов. Молодежь тогда разделилась на два лагеря. Ее вялая или конформистская часть послушно поддалась обаянию “Веселых ребят” или “Самоцветов”. Остальные продолжали слушать только “фирму”, коллекционируя “магиздат”, посещая подпольные концерты рок-групп. История советского рока — отдельный вопрос, и мне пришлось коснуться его лишь потому, что появление отечественного джаз-рока — часть этой истории. А я — не просто свидетель, а и активный участник многих событий. Джаз-рок возник у нас, впрочем как и на Западе, как часть рок-культуры, в среде хиппи. Но организаторами были люди несколько старшей формации и часто — из среды джазменов. Первый джаз-рок ансамбль, ставший впоследствии профессиональным и сохранившим свою стилистическую принадлежность на долгие годы, появился 12 ноября 1973 года, когда в одном из классов Дворца культуры “Москворечье” я собрал состав из совсем еще молодых людей, до этого никогда не игравших в джазовых коллективах. Тогда же и было решено назвать новый коллектив словом “Арсенал”. Эта первая репетиция была результатом моих долгих поисков, проб и ошибок. В московской рок-среде ни о каком джаз-роке не было и речи. Насколько мне известно, одну из первых попыток играть джаз-рок сделал саксофонист Виталий Клейнот. Он написал оркестровки в стиле группы “Blood, Sweat&Tears” для состава, где Леонид Бергер (ныне живущий в Австралии) пел хиты Дэйвида-Клейтона Томаса, а на барабанах довольно точно играл партии Бобби Коломби Михаил Брансбург (давно уехавший в Германию). Я пришел к идее создания джаз-рок ансамбля в 1971 году, но осуществить эту идею оказалось делом непростым. Опытные джазмены наотрез отказались участвовать в этом проекте, а молодые рок-музыканты как правило не обладали достаточным набором необходимых профессиональных навыков — глубоким знанием гармонии, способностью импровизировать в разных стилях, умением читать ноты. Московские подпольные рок-группы обычно подражали своим кумирам, кто “Deep Purple”, кто “Beatles”, кто “Rolling Stones”, кто “Black Sabbath” и т.д. Музыка “снималась” с магнитофонов и игралась “один к одному”. Тем не менее, первые мои составы, еще до “Арсенала”, состояли именно из участников самодеятельных подпольных рок-групп. Отсутствие профессиональных навыков чаще всего компенсировалось огромным энтузиазмом, точным ощущением стиля, врожденным талантом. Из-за незнания нотной грамоты партии приходилось разучивать “на слух”. В результате все получалось отлично, но только требовало слишком много времени. Подготовительный период пошел мне на пользу. Я понял, где надо искать музыкантов. В первый состав “Арсенала” вошли студенты московских музыкальных училищ, Консерватории и Института им. Гнесиных, а также вокалисты из рок-подполья. Первая программа, состоявшая из сокращенного варианта рок-оперы “Jesus Christ Superstar”, хитов “Chicago” и “Blood, Sweat&Tears”, а также новых инструментальных пьес, была сделана за один месяц. Затем началась полная приключений, мытарств и популярности жизнь “Арсенала”. Главная задача, которую я тогда поставил перед собой — во что бы то ни стало пробиться на профессиональную официальную сцену и сделать джаз-рок частью отечественной культуры. Вся сложность была в том, что он считался тогда частью рок-музыки и ассоциировался с хиппи, то есть был неприемлем с идеологической точки зрения. Куда бы я ни обращался с предложениями взять ансамбль на работу, я встречал естественный отказ, поскольку ни один начальник концертной организации не хотел рисковать своим положением. Мне помогло то, что я к тому времени пользовался определенным авторитетом и известностью как джазмен, будучи лауреатом Московских и ряда Международных фестивалей. Вдобавок, многие уважаемые композиторы, такие как Александр Флярковский, Андрей Эшпай, Юрий Саульский, ничего не боясь, поддержали меня, когда директор Калининградской областной филармонии Андрей Макаров рискнул принять “Арсенал” на работу. Позднее, когда ансамбль начал официально гастролировать по Советскому Союзу, начиная с июня 1976 года, расформировать его стало не так просто, несмотря на многочисленные “сигналы” с мест, то есть из Обкомов КПСС тех городов, где мы побывали с концертами. Мы стали приносить ощутимые доходы государству, давая, в среднем по пять аншлаговых концертов в каждом городе. В Министерстве культуре РСФСР постепенно появилась новая графа “Джаз-рок ансамбли”, согласно которой принимали на работу в филармонии тех, кто играл нечто, похожее на джаз-рок. На примере “Арсенала” инструментальным ансамблям (а мы с 1977 года стали выступать без вокала) стали платить по самым высоким “камерным” ставкам, в отличие от ставок “вокально-инструментальных”. Но это произошло уже ближе к середине 80-х годов. А в конце 70-х в СССР возник еще целый ряд любительских и профессиональных коллективов, сориентированных на те или иные формы музыки “фьюжн”. В Москве стала выступать по Дворцам культуры группа “Второе дыхание”, исполнявшая музыку с альбома “Spectrum” барабанщика Билли Кабэма (Billie Cobham). В ней играл будущий гитарист “Арсенала” Иван Смирнов, барабанщик Геннадий Хащенко, скрипач и клавишник Александр Юдов (вскоре ставший музыкальным руководителем группы “Рецитал”, аккомпанировавшей певице Алле Пугачевой) и бас-гитарист Николай Ширяев. Нельзя не вспомнить эстонский ансамбль “Радар” во главе с барабанщиком Паап Кылларом, туркменский “Гунеш”, рижский “Модо”, ленинградский “Джаз-комфорт”, киевский “Крог”, днепропетровский “Водограй”, башкирский “Дустар”. Частично к джаз-року можно отнести и блюз-рок ансамбль эстонского барабанщика Гуннара Грабса “Магнетик бэнд”. В городе Горький возник арт-рок ансамбль “Горизонт” Сергея Корнилова, который можно смело отнести к образцам российского стиля “фьюжн”. В Свердловске молодой пианист Александр Пантыкин, студент местной консерватории, организовал ансамбль, игравший в стиле трио “Emerson Lake&Palmer”, используя, в частности, музыку С. Прокофьева. В Архангельске в середине 70-х существовала группа “Поморы”, включавшая в эстрадную программу пьесы в стиле “джаз-рок”, а саксофонист Владимир Резицкий позже организовал группу “Архангельск” со своеобразным авангардно-этническим подходом к стилю “фьюжн”. В Тбилиси композитор Бардземашвили организовал джаз-рок ансамбль под названием “ВИА-75”. В Минске в одном из ресторанов работала группа “Планета”, исполнявшая, в частности, пьесы Куинси Джонса. В городе Нарва со своим ансамблем “Авиценна” начинал петь в стиле “фанки-соул” Сергей Манукян. В 80-е годы по проторенному пути стала развиваться вторая волна музыки “джаз-рок/фьюжн”. В Горьком появился ансамбль Александра Шишкина “Лабиринт”, с которым выступал Сергей Манукян. В Молдавии возник ансамбль “Сонор”. В 1983 году Вячеслав Горский, уйдя из “Арсенала” организовал свой ансамбль “Квадро”. Несколько позже бывший гитарист “Арсенала” Виталий Розенберг собрал состав под названием “Видео-джаз”. В Уфе появилась группа “Транс Атлантик”. В Эстонии — группа “Маховок”. Что касается “Арсенала”, то в период официальной филармонической работы с 1976 по 1990 год он постоянно менял свой музыкальный облик, отражая в своих программах самые разные стороны стиля “фьюжн”. Он стал не просто флагманом отечественного джаз-рока, его признали власти, что выражалось в фактах посылки ансамбля на различные международные фестивали как представителя “советской культуры”. “Арсенал” в обязательном порядке выступал на многочисленных Днях культуры, проводимых тогда в Союзных республиках. А это означало, что моя цель была достигнута. Джаз-рок стал частью отечественной культуры. Он обогатил ее, а отнюдь не разрушил, как того опасались советские партийные чиновники. В 1990 году с переходом на новые экономические отношения в стране вся филармоническая деятельность пришла в упадок и “Арсенал” просто попросили уволиться из филармонии. В 1994 году он был вновь воссоздан мною, но уже как самостоятельный коллектив. (Более подробно об ансамбле в разделе “Арсенал”, а также в книге “Джазист”).

В настоящее время музыку стиля “фьюжн” у нас исполняют не только ее испытанные мастера. В среде молодого поколения профессиональных, высокообразованных музыкантов выросло немало тех, кто понимает перспективность идеи сплава разных культур. Поэтому за последнее время наблюдается определенный прогресс в процессе возрождения этой музыки. У нее есть и свой круг верных слушателей, состоящий как из тех, кто застал расцвет рок-культуры, так и среди нового поколения молодежи, перекормленного постсоветской поп-музыкой и открывшего для себя этот стиль. Среди московских коллективов популярен ансамбль “Sound Cake” Андрея Давидяна, певец Сергей Манукян со своей группой, группа “Транс Атлантик”, Трио скрипача Феликса Лахути, некоторые проекты Вячеслава Горского и Анатолия Герасимова. Ансамбль “Арсенал”, исполняющий современную музыку в самом широком диапазоне — от нео-классики и арт-рока до концептуального джаз-рока и чистого фанки, постоянно работает в клубе “Форте”, сориентированном на нетрадиционные формы джаза, блюз-рок, фанк и фьюжн, а также в клубе “Союз композиторов”.

Подводя итоги почти сорокалетней истории джаз-рока в нашей стране, хочется отметить, что судьба этого вида музыки у нас, несмотря на идеологическое давление, сложилась удачно. Во-первых, российская публика сразу приняла его как нечто более солидное , чем просоветские ВИА, мимикрировавшие под рок. В то время, при полном отсутствии информации наша молодежь, особенно в провинции, впервые услышав живьем сложную и энергичную программу “Арсенала”, приходила в восторг от самого жанра. Самым большим комплиментом тогда для нас были слова, которые мы часто слышали от наших слушателей после концертов: “Теперь мы никогда больше не пойдем на ВИА!”. Загадочное для меня самого сочетание некоторых качеств, таких как жесткость условий жизни в Советском Союзе, особая психология народов многонационального государства и что-то еще, характерное только для нашей страны, сделало джаз-рок гораздо более массовым и популярным, чем во многих благополучных, свободных странах. Правда, за последние годы я с печалью наблюдаю, как в России медленно, но верно формируется в молодежной среде великорусский шовинизм, причем уже безо всяких усилий со стороны коммунистов, а подчиняясь общим для многих стран законам. Все это является следствием недовольства жизнью и собственной неприспособленностью к ней. И выражается это не только в антисемитизме, или в негативном отношении ко всему негритянскому, а за последнее время и к арабско-азиатскому. А это значит — к джаз-року, к фанку, и хип-хопу. А вот разные формы “диско” для шовинистов почему-то вполне приемлемы, что свидетельствует об отсутствии четкой платформы в данной “идеологии”. Для меня лично ни джаз, ни джаз-рок, ни фанк, которые я исповедывал всю свою жизнь, не являются понятиями этническими, географическими или политическими. Это — особая энергетика, свойственная одним и не свойственная другим, независимо от расы или нации. Если взять Африку, то мы почти не найдем там ярких представителей фанка или джаз-рока. Да и среди американских негров я нередко встречал тех, кто не ощущает такой музыки и больше напоминает белого “отморозка”. Поэтому пропагандировать эту музыку с целью расширения сферы ее действия — совсем необязательно. Надо лишь донести ее до тех, кто для нее создан. Это и есть одна из главных задач данного САЙТА.